Непокорная(2017)

СССР, 1970-е годы. В мире, где юные сердца пульсируют в унисон с мечтой о коммунистическом будущем, шестнадцатилетняя Соня растёт с твёрдой верой в правильность установленного порядка. Она живёт как тысячи её сверстников — искренне, наивно, с уверенностью, что добро всегда побеждает зло, а правда и справедливость незыблемы. Но однажды эта уверенность начинает трещать по швам.

Соня встречает Сергея — обаятельного, умного, поначалу кажущегося таким же, как она: ищущим смысл, стремящимся к свободе и любви. Между ними вспыхивает пылкое чувство, которым она живёт — первая настоящая любовь, окрыляющая, сильная, как сама юность. Но всё меняется, когда Сергей знакомит Соню с миром, который до этого существовал для неё только на страницах газет и в мрачных рассказах взрослых. Мир теневой морали и преступных понятий, живущий по законам, противоположным всему, во что она верила. Воровской уклад, где честь измеряется не человеческим достоинством, а преданностью кодексу, построенному на насилии и страхе.

Сергей оказывается не тем, за кого себя выдавал. Ради «зоновской чести» он предаёт Сонину любовь, предаёт её саму. Но самое страшное — он становится орудием в руках криминальной системы, разрушившей всю её семью. Сначала исчезает отец — человек, честно отдавший жизнь труду и Родине. Затем — мать, сломленная горем. Брат, связавшийся с бандой, гибнет, оставив за собой только боль. Сама Соня чудом остаётся в живых: Сергей, подчинившись преступной логике своего мира, закапывает её живьём на кладбище, как ненужное свидетельство, как позорное пятно на своём статусе.

Но смерть отступает. Соня выживает — израненная, физически и душевно, но не сломленная. Она воскресает, словно из праха, с одной-единственной целью — уничтожить ту силу, которая разрушила её жизнь и покалечила души близких. В её сердце больше нет места страху или жалости. Вера в идеалы сменилась жаждой возмездия. Она объявляет войну воровскому миру, и начинает эту войну с человека, которого когда-то любила. С Сергея. Потому что справедливость — это уже не абстрактное понятие, а её личное оружие.